Так обстояли дела до тех пор, пока двадцать лет тому назад не был найден способ совершить это чудо. Он не требует ничего большего, чем знаний и мастерства в электротехнике, и, хотя с трудом, но осуществим.
В 1899 году я приступил к разработке мощного беспроводного передатчика и к выяснению способа распространения волн через Землю. Это имеет первостепенное значение для применения моего метода в промышленных масштабах, и после тщательного изучения я остановил свой выбор на высоком плато в Колорадо (6.000 футов над уровнем моря), где в начале того же года смонтировал установку. Технические трудности преодолевались много успешнее, чем я ожидал, и через несколько месяцев я получил возможность производить электрические воздействия, сравнимые с молнией, а в некотором отношении и превосходящие ее. Без труда получая энергию 18.000.000 лошадиных сил, я постоянно вычислял интенсивность воздействий в отдаленных местностях. В то время, когда я экспериментировал здесь, Марс находился на сравнительно небольшом расстоянии от нас, и в сухой и разреженной атмосфере этой местности Венера представала такой большой и яркой, что ее можно было ошибочно принять за один из военных сигнальных огней. Научные наблюдения за планетой натолкнули меня на мысль просчитать энергию, передаваемую мощным генератором колебаний на расстояние 50.000.000 миль, и я пришел к заключению, что ее достаточно для того, чтобы оказать значительное воздействие на чувствительный приемник, усовершенствованием которого мне в то время довелось заниматься.
Мои первые сообщения по радио, сделанные с этой целью, оказались восприняты с недоверием только потому, что не были известны потенциальные возможности изобретенного мной прибора. На следующий год я, тем не менее, сконструировал машину с максимальной мощностью 1.000.000.000 лошадиных сил, которая частично построена в Лонг-Айленде в 1902 году и могла начать работать, если бы не то обстоятельство, что мой проект намного опередил время.
В этот период появились сообщения, что моя башня предназначалась для передачи сигналов на Марс, чего на самом деле не было, но я, действительно, предусматривал сделать ее пригодной для экспериментов в этом направлении. За последние несколько лет мой беспроводной передатчик нашел такое широкое применение, что эксперты стали достаточно хорошо разбираться в его возможностях, и, если не ошибаюсь, теперь осталось очень мало таких людей, кого можно назвать Фомой неверующим. Но наше умение передавать сигнал сквозь бездну пространства, отделяющую нас от ближайших к нам планет, может оказаться бесполезным, если они безжизненны и пусты или населены неразвитыми существами. Наша надежда, что ситуация может быть иной, зиждется на том, что обнаружил телескоп, но не только на этом.
